Л. Сулимова и Маша. Северный поход 1983 года

Том 13. Север. 1983 г.

Л. Сулимова и Маша. Северный поход 1983 года

19 июля. Сидим в ухтинском аэропорту, поджидая Витю и Лилю из Троицк-Печорска. Погода не летная, рейсы откладываются, на душе тревожное чувство. Детей подняли полчетвертого утра. Накануне у них было два поезда подряд, и сейчас они, притихшие, подремывают на рюкзаках. Володя Г. периодически делает акварельные наброски. Блёка, распластавшись на полу, спит, вздрагивая во сне. Мне не спится, неспокойно отого, что в Москве оставлена полубольная Оленька с не совсем здоровой мамой...

Но вот уже и вечер - 8 часов, день прошел, а мы по-прежнему - в ожидании. Изучили расписание, дети бегают встречать к каждому самолету из Троицка - но безрезультатно. Мы с Володей прогуливаемся по очереди по аэропорту. Купили в книжном киоске "Избранные статьи" Карамзина и 2 детские книжки Л.Толстого и Бунина. Несытный завтрак в буфете подкрепили хлебом из соседнего магазина. У Володюшки нарыв на ноге, пришлось сходить с ним в медпункт. Сначала медсестра посылала нас к хирургу, но, войдя в наши объяснения, что приезжие и ждем самолета, наложила мазь Вишневского и перевязала. Вова заметно повеселел и уже почти не хромал. Неопределенность тяготит, и каждый ищет себе занятие. Володя читает Бунина, Вовочка - "Детство" и пишет дневник - он ведь хочет быть фотокорреспондентом и вынашивает стою мечту. Машеньке в местном магазине купили акварель ленинградскую. Она ходит следом за Володей Г. и даже пытается рисовать вместе с ним с натуры. Я перечинила носки, заштопала дырки на рюкзаке, справила открытки маме и друзьям.

20 июля. Витя и Лиля прибыли вчера только в половине девятого вечера. Скороговоркой выкладываем им свои новости. Рассказываю о своих сомнениях идти ли в поход и о болезни Оленьки. Совещаемся и решаем ехать в Сосногорск, чтобы оттуда утром уехать поездом в Ираёль. За полчаса добрались до ж/д. вокзала в Сосногорске. Обсудили варианты ночлега и отправились на берег реки ставить палатки. Кажется, поход начался.

В 11 вечера уже пылал костер, грелся чай и белели палатки. Было довольно ветрено, и мы натянули на себя почти все теплые вещи. Когда я окончательно продрогла, мне опять подумалось, что, наверное, я все же правильно сделала, оставив Олю в Москве, хотя все время мне ее не хватает. Ее присутствие, как правило, не дает мне расслабиться.

Заснули в полночь, в палатке было уютно и даже тепло. Блёка охраняла наш лагерь, и минут через 15 после отбоя громким лаем всех разбудила. Оказалась, что местные жители убирали в сарай весла. Я разворчалась, но тут же снова заснула, утомленная вокзальной суетой. В половине четвертого сама собой проснулась.

Володя тоже выскочил из палатки, и только через 15 минут еще поднялись Сокирки и Володя Г. Легко встали дети, мы быстро сложились и потопали к вокзалу. Рюкзак быстро меня согрел тяжестью, но в поезде опять ознобилась и, перекусив, задремала, обнявшись с Машенькой.

В Ираёле выскочили из поезда и тут же узнали у местных, что ни автобусов, ни попуток отсюда да Ижмы не бывает, есть только зимник. На весь этот разговор хватило две минуты, и, по их совету, мы снова садимся в свой же вагон - до г.Печоры, чтобы оттуда добираться до Ижмы или Усть-Цильмы. На ж/д вокзале мы узнаем, что сегодня уже опоздали на оба рейса теплохода по Печоре, и потому, не раздумывая, едем в аэропорт. У стойки регистрации приветливая девушка советует обратиться к начальнику смены. Поднимаемся с Витей на 2-й этаж, и нам обещают организовать дополнительный рейс, если в Ижме будет погода.

Однако ждать пришлось полдня. Около 16 час. улетели на АН-2.

Мои дети летят на самолете впервые. Волнуемся за Блёку - как-то удастся Володе пронести ее через досмотр. В самолете меня укачало, дети сначала смотрели в окошки, но потом и их укачало, и они задремали до самого приземления в Ижме.

Крохотный аэропорт утопал в зарослях иван-чая. Автобус отправлялся только через час, поэтому сразу двинулись сами по шоссе. Меня слегка покачивало, дети тоже выглядели бледненькими, рюкзаки тяжеленькими, комарики покусывали, но мы бодро оттопали свои 4 километра и вошли в райцентр Ижму. Сразу же стали осматривать Преображенскую церковь начала XIX века и дома-пятистенки и шестистенки. Попутно разговаривали с местными коми. Поселок современный, наряду со старинными домами строятся новые, деревянные и каменные.

В 7 час. вечера спустились к реке и на пароме переправились на другой берег. 3-км путь да селения Мохча проделали за 1,5 часа. Тропинка шла по высокому берегу Ижмы. Попутно смотрели, как коровы вброд переходили речной рукав, как купались лошади. С крутого берега открывались зеленые дали, река извивалась широкой лентой, воздух пропитан ароматом трав.

Ночевали на высоком холме в селе Мохча, рядом с церквушкой XIX века. Поздно вечером после горячего чая и молока Машенька рисовала церковь с натуры, а утром около 6-ти часов я увидела уже рисующего Володю.

21 июля. В семь утра поднялись дети, не пожелали спать дальше, а запросились вместе со взрослыми смотреть старинные дома и церковь с колоколенкой в Мошьюге. Рюкзаки оставляем в ближайшем доме и налегке отправляемся, надеясь на попутки. Повезло, и нас подбрасывает грузовая машина, развозящая работников. Оставшиеся 6 км идем по песчаной дороге, отбиваясь от насекомых.

В Мошьюге смотрим деревянную церковь и деревянную же колокольню того же века. Машенька и Володя рисуют, Вовочка замешкался с фотоаппаратом и пленкой. Дом кошельного типа, обошли его кругом, познакомились с хозяевами, побывали внутри, знакомясь с бытом. Дом разделен на жилую и хозяйственную часть, раскрывается, как кошель - отсюда и название...

Перед обратным путем перекусываем на берегу Ижмы и купаемся. Впереди - 20 км. Володя Г. и девочки убегают вперед, мы их периодически догоняем. А через час нас подхватывает попутный рафик, и мы с радостью катим аж да Бакура, попутно высаживая Витю и Володю в дер. Гам для фоторозыска и фотографирования "обетных крестов". В Мочхе мы забираем рюкзаки и доезжаем до Бакура, где и дожидаемся наших мужей.

Дети уже приустали, и в столовой пили только квас. Отправила открыточку маме, перебинтовала ногу Вове, и только было собралась писать дневник, как приехали Витя с Володей на попутной машине, забрали и нас - до Сизябска. Там смотрим полуразрушенную каменную церковь и два старинных дома, построенные в 1895 году - с белыми, узорчатыми наличниками. Показываем детям колодец с ледяными стенами и сводящей зубы холодной водой.

В пять вечера уезжаем из Сизябска до переправы автобусом. На пароме нас развлекает моросящий дождик. На небе радуга. Хорошо видна Преображенская церковь на противоположном берегу.

В Ижме осведомляемся о возможностях попасть в Шельяюр на Печоре, чтобы оттуда переправиться в Усть-Цильму. Проходим весь городок, автобусов нет. Выходим на трассу. Витя узнает у шоферов лесовозных машин, что после погрузки они едут в нужном нам направлении. Но за 54 км пути они запрашивают с нас 20 рублей (на "пять красненьких бутылочек").

Посоветовавшись и посомневавшись, мы решились, иначе мы не успеваем на единственную утреннюю "Ракету" до Усть-Цильмы:... В 8 вечера трогаемся, рассевшись по кабинам 4-х машин. Шоферы, молодые ребята, подвыпили перед дорогой на наши денежки портвейну и особенно не спешили.

Рюкзаки были привязаны к деревянным брусьям в кузовах.

Самые драматические события развернулись на нашей(!) машине. В колонне она шла последней. Сначала лопнула шина, и шофер пытался протащить нас вперед, но вскоре остановился и стал поджидать своих коллег, которые должны были за ним вернуться. Действительно, не прошло и 10 минут как вернулась первая машина с двумя шоферами, а за ней приехала и другая, в которой сидели Вовочка и наш попутчик Геннадий. Когда эти машины ехали разворачиваться со своим грузом, то на одной тяжеленные брусы вдруг съехали в кювет, в придорожное болото, вместе с рюкзаками. Из шоферских уст посыпался такой густой мат, что дети мои забились в кабину, но любопытство побудило их снова вылезти и, несмотря на комариное нашествие, они наблюдали весь процесс водворения брусьев в кузов. Володя с Геннадием принимали их наверху, a шоферы в две пары подавали наверх. Как красиво они работали! Пыталась я подремать, но куда там - тщетно. И думала о том, что себе воображают Витя и Лиля. Но вот, наконец, поехали. Время к одиннадцати уже. Наконец догнали первую машину, там уже костер, собирают воронику. И хотя время к полуночи, но наши шофера не торопятся ехать. Встретились еще с одним, едущим на рыбалку, и распили еще одну бутылку. Звали и наших, но Витя как-то за всех сумел отказаться (потом он говорил, что просто сдерживал негодование) Мы с Лилей нервничали. Девочки в машине заснули и стукались головами от бесконечной тряски.

Но нашей машине снова не везло. Вот уже дымит, а затем и горит второе заднее колесо. Вновь останавливаемся, а впереди половина пути, 27 км. Тащимся уже без сгоревшей шины еще км 20 по песчаной ухабистой дороге... Белая ночь была во всей своей красе, но глаза слипались... Когда у нас лопнула еще одна шина, я уже не удивилась, осталось 7 км самой плохой дороги. Пересаживаюсь с сонной Машей к Лиле, Володя садится пятым в кабину к Вите... Лишь полвторого тремя машинами мы добрались да пристани Щельяюр. Машенька и Анюта продрогли. Только отвели их в зал ожидания, раскинулись на лавочке и тут же заснули. Тут же разместились и остальные. В половине четвертого проснулась Лиля, замерзшая и какая-то чумная - покупать билеты на "Зарю"... Попоить сонных детей горячим чаем не удалось, так и уселись в прибывшую "Зарю" - в 4.20.

22 июля. За бортом Печора - широкая, полноводная, с высокими лесистыми берегами. Отчаянно борюсь со сном, но глаза слипаются и голова падает на Володино плечо.

Проснулась от слепящего шестичасового солнца. Мы прибыли в Усть-Цильму, городок, в котором, по книжным описаниям, сохранились традиции и обычаи старообрядцев, раскольников. Выгрузившись, кидаем рюкзаки, и в 20 м от пристани, расстелив спальники, засыпаем. Солнце прилично припекает, и в 9 часов, разомлевшие, мы поднимаемся. У хозяйки ближайшего дома узнаем, что до Ям-озера летают вертолеты, забрасывая рыбаков, и узнаем, как найти человека, с этим связанного... Лениво и долго складываемся и двигаем в город.

Иван Петрович, начальник рыбцеха, оказался очень приветливым и деловым. Серьезно выслушал нас, позвонил в Ухту с просьбой прислать вертолет. Ему необходимо вывезти с Ям-озepa рыбаков и рыбу, в Левкинскую забросить продукты. Попутно он мог бы и нас забросить на озеро. Отпустил нас до полшестого гулять по городу с надеждой на вертолетный перелет завтра или, в крайнем случае - в понедельник. Оставив рюкзаки в бухгалтерии рыбцеха, мы идем в столовую, затем на почту, отправляем книги и письма, а затем ищем музей, но попадаем на музейный обед. Располагаемся рядом. Володя засыпает, дети пишут дневники. Рядом - деревянный памятник Анд. Влад. Журавскому, основателю Печорской с.х.опытной станции. Краеведческий музей - его имени. Через два часа ожидания узнаем, что смотрительницы не будет до понедельника. Мы просим уборщицу, и проникаем в музей через библиотеку. Женщина оказалась словоохотливой и рассказывала о своем крае не хуже экскурсовода. Посмотрели усть-цилемские женские костюмы, предметы народного быта, вязаные носки и варежки, цветные пояса...

Неожиданно появившаяся смотрительница рассказала и о людях - народных умельцах, о семье резчика и столяра Конст. Арх. Чупрова. Его дом на Советской ул. 174 нашли быстро. Он явно выпадает из серого ряда обычных северных домов и бросается в глаза своей разноцветностью. Знакомимся с хозяевами - Конст. Арх. и Татьяной Григорьевной. Напрашиваемся в дом, где хозяйка демонстрирует свою усть-цилемскую одежду. Фотографируемся на память и уносим с собой тепло и радушие простых людей. Подспудно посещает мысль, что, видимо, каждый человек нуждается в творчестве, но далеко не каждый может свой творческий потенциал реализовать.

Полшестого, как было уговорено, возвращаемся к конторе рыбцеха. Иван Петровича еще нет, Витя остается караулить его, a нас с рюкзаками подбрасывают на машине на высокий песчаный берег с хорошей полянкой для палаток и прекрасными видами на песчано-лесные дали. Лиля возвращается этой машиной к Вите, а мы разбиваем лагерь, моем головы, готовим гречневую кашу и компот из вороники. Дети с наслаждением купаются в леденящей Печоре и после ужина, несмотря на разнузданных комаров, рисуют на берегу акварельки. Вовочка мается от безделья, но все же уходит с Володей на берег бросать спиннинг. Я, погостив у Сокирок в палатке, поплакавшись в своих сомнениях, как там осталась Олечка, ухожу к себе, пишу и, дождавшись детей, проваливаюсь в сон до утра.

23 июня (суббота). Утро - нежно-голубое, и поэтому разлагающее. Умывание-купание, сбор земляники по склону, штопка и чинка одежды, завтрак и опять купание. Рюкзаки собраны на случай вертолета, но время приближается к 12, а обещанная машина за нами не приезжает. Значит, до понедельника.

В полдень перекусили чаем с хлебом и, оставив детей, отправились пешком по берегу Печоры, взяв с собой только фотоаппараты. Синь воды, голубизна неба, зелень берега, солнце, прохлада реки и разноцветные камни оседают в памяти живописными картинками. Тело впитывает полуденные лучи и лезет в воду через каждые полчаса. Дети сами не захотели идти с нами, остались на берегу, а мы - рады-радешеньки, что можем отдохнуть сами. Жадные до красок глаза все больше и больше всматриваются вдаль. Каждое мгновение виды меняются. Под ногами причудливой формы камни. Мы останавливаемся и подолгу рассматриваем их. Идем налегке, а потому незаметно проходим пос.Журавский и, пройдя еще около часа, попадаем в деревню Гарево... Дома прилепились к холмам. На высоком берегу - кладбище. Переходим очередной вязкий ручеек и поднимаемся к погосту. Рассматриваем могильные кресты. Почти в каждом вкреплены маленькие иконки самых разных святых. Витя много фотографирует, для него, как, впрочем, и для многих из нас, кладбище - это живая история.

Обратный путь наш лежит по лесной дороге под солнцепеком. Не дойдя одной деревеньки до нашего лагеря, заходим в магазин и лакомимся холодной простоквашей. 6 литров - на пятерых, и еще три литра - детям. По телу разливается усталость, побаливают натруженные ноги, но поход удался.

Ужинаем рисовой кашей с тушенкой. Володя и Лиля беседуют со сторожем соседнего склада Андреем. Дети так подружились за наше отсутствие, что просят в августе отпустить их вчетвером в поход с самостоятельной ночевкой. Без нас они неплохо провели время, купались, загорали. Вова собрал коллекцию чертовых пальцев, а мы показываем детишкам свои найденные камни. И оленьи рожки, найденные мною на берегу. К вечеру обожженное солнцем тело разболелось, и мы с Лилей мажем друг друга простоквашей. Маша с Володей Г.идут рисовать, Володя с Вовой, Аней и Машей долго возятся с удочками и с добычей червей, но наконец-то и они уходят. Я "гощу" у Лили с Витей в палатке, а потом отравляюсь к себе и засыпаю. Дети вернулись далеко за полночь, но я в полудреме на них уже не реагировала.

24 июля(воскресенье). Снова солнечное, ветреное утро. После умывания-купания занимаемся "надувательством" баллонов Витиного катамарана. Дети уходят на берег и до обеда не появляются. Помогает нам только Алеша. На обед - суп и чай. После обеда уходим на берег и, настиравшись, возвращаемся к нашим баллонам. Помогаю Вите клеить и выявлять очередные дырки, одновременно поддувая баллоны. Володя с детьми готовится к вечерней рыбалке, проверяют снасти, срезают удилища.

Жадная до солнца, я обожгла спину, плечи и мажусь простоквашей, но все равно до тела трудно дотронуться. После ужина складываю на завтра вещи. Володя Г. рисует наш лагерь, Витя распутывает веревки, а Володя уводит детей рыбачить. Лиля зазвала к себе в палатку и почитала выписанные из "Владимира Ивановича" отрывки об усть-цилемских раскольниках. Уютно мне как-то с ней, тепло, и я все больше привязываюсь к ней, как к старшей сестре. Засыпаю, выгнав штук 200 мух из палатки.

25 июля (понедельник). Поднялись в 7.00. Лиля чистит 17 маленьких рыбешек. Улов едва покрыл донышко сковородки, но дети очень эмоционально рассказывают о своей рыбалке. Каждый из них поймал по рыбке или две. На завтрак - рыба, и чай с хлебом.

В 8.30 уходим на аэродром и сейчас сидим и ждем вертолета... В ожидании провели большую часть дня. Отправила письма, сходили с Володей на сельское кладбище. В маленькой деревянной часовенке почерневшие, полустертые иконки. B полумраке глаз едва различает контуры святых. Вертолет пожарников приземляется, но нашего - пока нет. Возвращается от И.П. Лиля - без хороших вестей. Отправляемся в столовую. Пообедали творогом, молоком (потом отправились на прежнюю стоянку...).

26 июля (вторник). Ждем вертолет. Ягоды. Ходили с Володей на кладбище. Старый домик. Цветочная поляна. Сильный ветер. Последнее купание в Печоре. Чинка и стирка...

27 июля (cреда)Вертолет. B10.30 Ям-озеро. Мы одни. Первые грибы. Подосиновики. Рубка елей для каркаса. Изготовление весел. Надувание. Шкурение. Изба. Обед. Отплытие в 19.00 - торжественное. Не в ту сторону. Правильный курс. По Ям-озеру 1,5 часа - до 10 вечера. Свинцовое небо. Лагунка. Проверка. Поиски. 7 км + 9 км (волок).

Крушение. Вынужденная ночевка на болоте. Мокрые вещи, продукты, аптечка. Спички. Сушка активная. Ужин.

28 июля.  Поздний подъем детей. Клейка. Накачка. Сушка. Выход в 15.00. Поиски устья. Плыли вдоль берега. Крутеж на воде. Нет столба-ориентира... Долгожданное устье. Избушка рыбаков. Путь по Печорской Пижме до волока. Ложный волок. Паника. Неожиданная поляна. Ледяные ноги. Витино купание. Разведка волока. Болотный страх. Тропы. Площадка заготовительниц. Ерник. Ржавая узкая Мезенская Пижма, шириной 3-6 м, заросшая, мелкая. Шли час десять, вернулись за час - 5 км - с радостной вестью. Разогретые ноги, голод. Ужин.

29 июля. Вышли на волок в 10.30. С досками - Алеша, дети с веслами. Витя с Володей доклеивали катамаран. Прохождение 7 болот. Пот. Комарье. Осмотр выхода к реке. Приняли решение - идти пока с рюкзаками по берегу. Болотистый переход с досками и без досок. Морошка. Грибы. Комары. Тяжесть рюкзака. 2 избушки с нартами.

Остановка на ночлег. Яма под палаткой.

30 июля. Утренняя рубка. День рождения А. и А. Апельсины. Бутерброды. Сладости. Повторный сбор каркаса шириной 2 м. Отплытие в 15.00. Мелкая река. Выпрыгивания Володи. Проводка катамарана. Медленность продвижения. Завал. Поддувание. Стоянка в 20.00, пораньше. Грибы. Первый белый. Сценки детские. Чистка и варка грибов. Задубелые руки.

31 июля. Встали рано. Поиски топора. Задержка до 10.00. Река спокойная. Завалы, заросли лопуха. Маша пишет дневник. Грибы с гречкой. Болотистые берега заменились Тиманским кряжем. Ущелья. Скалы. Пещеры. Стоянка - в березовой рощице. Маша, Аня, Володя - разведка Тиманского кряжа. Грибы. Красивые места.

1 августа. Утренняя прогулка по Тиманскому кряжу. Чуть заблудились. Дождь. Сборы в дождь. Отплытие. Шли до обеда. Вечные грибы. Стоянка в ельнике. Дневник - краток. Витя рубит слеги. Я - ужин. Просушка на березе.

2 августа. Илья-пророк. Еловый настил. Тяжелый катамаран. 1-й прокол через 40 м. хода. Клейка. Сушка. Укладка. Грибы. Выход. 2-й прокол через 5 мин. Выход в 17.00. Плывем до 21.00. Стоянка в ромашках. 2 костра. Сушка на каменной косе.

3 августа. Солнце. Утро. Тепло. 10.30. - отплытие. Встреча с байдарочниками из Москвы. Определенность. До Шегмаса - 50 км. Обедали в домике рыбаков - роскошно. Ягода-черника. Люди на берегах. Стоянка вынужденная. Дырка - от весла. 20.20. Легли пораньше. Дети дулись. Сбор жимолости и красной смородины. Сплетен гамак для детей. Аня-рыбка.

4 августа. Подъем в 5.00. Володи, я в 5.30. Бодрые дети. Пороги. Камни. Великий порог. Прохождение мужчин. Встреча с туристами из Архангельска. Крест на скалах. Ягодная горка. Скалы перед Шегмасом. В Шегмасе - магазин, почтовый ящик. Дома с курицами. Молоко. Сметана. Перегрев.

Стоянка на песчано-каменистой косе. Потеря Вовкиного сандалия. Опять просушка на двух кострах. Мытье голов Лили, Ани, Маши.

5 августа.  Солнечное утро. Раздевание до купальников. Вовке - лучше. Потеря часов. Легкий ветер. Спрыгивание Блёки и потеря весла. Перекус халвой. Недовольный Витя. Потеря ножа. Стоянка в черничнике на крутом берегу. Мягкая подстилка. Ветер к вечеру утих и плыть стало легче. Попросили две буханки у сенокосников. Их лодочки - пироги.

6 августа.  После сбора вещей - сбор черники перед выходом в 9.00. Через час усилился ветер. Шли хорошо. Встреча с геологами. Осталось 20 км да Гаревого Мега. Еще час гребли и идем берегом. Земляника. Обилие грибов. Проводка. За бурлака - Витя. Перекус консервированным салом, луком, хлебом со сгущенкой. Лиля, я, Маша и Аня идем дорогой. Ягоды. Упирание мужчин. Витино упрямство. Идем - еще впереди 12 км. Блёка. Всадники. Ясность. Встреча. До Г.М. - 2 км. Но Володя и Вовочка - в поисках Блёки, а она с нами. Мое беспокойство. Последний переход - конец водного пути. Разбор катамарана. Возвращение Володи с Вовой. Лагерь. Костер. Стирка. Головомойка. Черничник. Комары. Овсяные блинчики. Гречневая каша с подмокшим сухим мясом. Черничный компот и крепкий чай.

А теперь все подробней

25 и 26 июля мы просидели в Усть-Цильме. Вертолет был перезаказан на утро среды. Катамаран подготовлен к отплытию. Несколько раз Витя заклеивал обнаруженные дырки в баллонах, и мы все по очереди надували его лягушкой, своими легкими и полиэтиленовым пакетом.

К вечеру 25-го усилился ветер. Мы с Лилей собирали на склоне землянику. Неожиданно заметили спускающуюся с ведром и ковшиком старушку на тропинке к реке. Предложив помощь, разговорились. Ей 83 года, староверка и вся такая ветхая, дремучая, но глаза глядят с интересом и улыбка лукавая. Лицо морщинистое, неумытое и руки высохшие, как плети. Ноги еле передвигает, а ведро несет полное - в гору. Сначала мы с трудом понимали ее говор, но потом приноровились, расспрашивая про жизнь. Ее сопровождали два котенка. Поднявшись на горку, прошли мимо кладбища к ветхой избушке. В знак благодарности старушка решила нас чем-то угостить, а мы хотели оставить собранные ягоды, но больше всего хотели попасть в домишко и посмотреть быт старообрядки. Но то, что увидели - не могло не поразить. Маленькая, темненькая конурка с печкой, с 5-6 котятами, мяукающими и прыгающими над ногами, и птицей, похожей на ворону c обрезанными крыльями. Кровать, по форме детская, завалена каким-то тряпьем, стол, полка, скудная утварь. Окошко маленькое, а на стенке (не в углу) 2 иконки, темных, небольших по формату. Крестится двумя пальцами. Речь нараспев (нонче, пробудились, так сказывала). Пенсия - 20 руб., у соседей покупает молоко и хлеб. Перед домиком скошено семя на продажу и картофельная грядка - на зиму. Бабушка все же всунула нам 4 пряника, затвердевших и грязненьких. Отказывались, но, боясь обидеть, забираем. Благодарим, прощаемся и уходим в лагерь делиться впечатлениями.

Дети наши ушли в самостоятельный поход, забрав нашу палатку, котелок для каши, чай, сахар, хлеб и один спальник на всех. Решили сами ходить с ночевкой. Договорились, что вернутся завтра к 11 часам. Мы же спали в Лилиной палатке. Володя писал свои акварельки, Лиля сразу же заснула, а я читала письма Глеба. И заснула быстро, прижавшись для сугрева к Лиле.

27 июля. Утром поднялись рано и к половине девятого поспешили на аэродром. Шли напрямик, почти по росе. Из-под ног Вити выскочил зайчишка серенький, пушистый, запетлял по траве, испугавшись. На подходе к аэродрому Витя, оставив рюкзак на дороге, поспешил к рыбцеху. Мы же подошли к домику аэропорта, сложили рюкзаки и обнаружили, что забыли Блёкин поводок. Володя стал вспоминать, где он привязывал собаку в последний раз, показалось - что на стоянке. Скинув куртку, он собрался было бежать на стоянку, а Блёки облаивала прохожих. В этой суете неожиданно появился Витя и радостно сообщил: "Улетаем". Его на дороге встретила машина Иван Петровича, он вместе с нами полетит на Ям-озеро. Все же сработали две бутылки коньяка, купленные для вертолетчиков и в подарок. Дети радостно завизжали, забегали - ведь на вертолете из них никто раньше не летал. Да и мы заулыбались, уставшие от неопределенности ожидания. Места в салоне оказалось достаточно. Блёку Володя нес подмышкой, все расселись в предвкушении полета. Пилоты заинтересовались, что мы изучаем на озере. (И.П. отрекомендовал нас, как научных работников). Витя тихо, с улыбкой ответил - природу изучаем. И дети с вами? - Пусть привыкают - ответили мы дружно. Когда заревел мотор и завертелся винт, стало страшновато, я ведь тоже на вертолете впервые.

Но вот оторвались от зем ли и поплыли над лесами, над Печорой, над Усть-Цильмой. Хорошая погода позволяла различать дома поселка, ленточки рек, ковровые дорожки леса. Меня совсем не укачало, только заложило уши. 45 мин. полета, и мы видим большое водное пространство - Ям-озера. Приземлились близ домика рыбаков, сделав предварительный круг вокруг озера.

Трое рыбаков из Усть-Цильмы, загорелые и обветренные, уже стояли с собранными вещами и рыбой наготове. Витя быстренько расспросил их о месте вытекания П.Пижмы и расстоянии до волока, потом помогли погрузить в вертолет рыбацкие вещи. Распрощались с Иван Петровичем, оставив адрес и московский телефон. Отходим, защищаясь от ветра с винта, фотографируем улетающий вертолет, время - 10.30, и мы - одни. Вокруг лес, комары дают о себе знать. До людей далеко, а продуктов у нас немного. Мужчины с топорами уходят в лес за еловыми жердями для каркаса. Мы с Лилей и детьми начинаем надувать баллоны. Решаем готовить обед тут же, y избушки. Володя Г. из леса приносит первые грибы-подосиновики. Я завидую и отправляюсь вместе с детьми за грибами. В лесу набрасываются комары, не успеваешь отбиваться. Грибы нашлись быстро. Подосиновики крупные, толстоногие, крепенькие. Подберезовики тонконогие, но беленькие, ароматные. За 20 минут набрали полиэтиленовый пакет и сумку. Из леса вылетаем, как ошпаренные, еще не привыкшие к комариной активности. Обтесываем еловые бревна для каркаса. Володя Г. занялся палками для весел, мой Володя загибает плоскогубцами металлические лопасти.

На обед ели грибной суп, в первый раз. К 15.00 баллоны были надуты, а к 17-ти были готовы каркас и весла. Перекладываем вещи, герметизируем, укладываем продукты в один рюкзак и в 18 ч. торжественно отплываем.

Озера не видно за зарослями ерника, и вначале мы плывем не в ту сторону. Поняв это, разворачиваемся, начиная привыкать к слаженной гребле. Впереди сидят Лиля с Витей, мы с Володей - на корме. Володя с детьми в центре, на настиле из досок, сидят на рюкзаках. Лиля окрикивает Володю, чтобы сильней греб. Часа два плыли до озера по пятиметровой курье.

Небо потемнело, закапал дождик, озеро нас встретило порывистым ветром и серым мраком. До истока П.Пижмы нам нужно было плыть 7 км, озеро заросло травой. Мы крутились, еще не приноровившись к гребле. По центру озера плыть было страшновато, и мы старались прижиматься ближе к берегу. Баллоны под нашей тяжестью просели, и мы стали думать, где бы пристать к берегу, чтобы поддуть. В поисках сухого места зашли в протоку, заросшую травой. Разворачиваясь, неожиданно оказались в воде, т.к. баллоны один за другим вывернулись из-под завязей поверх настила. Берег был рядом - но болотистый и в кочах. Вымокли по пояс, а главное, рюкзаки оказались в воде. Дети стучали зубами от холода, а Витя замочил фотоаппарат. Главное - рюкзак с продуктами изрядно вымок. От испуга или от холода, я дрожала, как осиновый листочек. Володя Г. надел охотничьи высокие сапоги и нашел потом более-менее сухое место. Все оперативно перетаскивали рюкзаки, дети побежали переодеваться, искать дрова на костер. Витя был мрачным и озабоченным. Да и все мы молча отходили от произошедшего.

На ужин варили подмокшую лапшу, которая была похожа на клецки, и пили горячий чай. Палатки ухитрились поставить почти на ровном месте, а Володя Г. даже в этом болоте набрал целый мешок грибов.

28 июля. Утром подклеивали баллоны и сушили вещи. Сначала было солнечно, но постепенно небо суровело. В час дня мы снова загрузились и поплыли к Печорской Пижме. В половине третьего вплыли в речку, а через полчаса увидели избушку рыбаков, главный ориентир. Теперь нужно было проплыть 9 км до волока, а главное - не пропустить место высадки. Информация от ямозерских рыбаков заключалась в том, что должна быть поляна, а на берегу - лодка. Один раз показалось, что мы доплыли до этой поляны, но, не найдя хорошей тропы от берега, двинулись дальше, хотя и сомневались, правильно ли делаем, что отплываем от этого места. Время близилась к 8-ми, я совсем замерзла, особенно ноги заледенели. Начали поговаривать, что вроде пора бы и месту волока быть. Витя раза два убеждающе говорил - ну вот еще полчасика погребем и остановимся. Но вот случайно замечаем большую травянистую поляну с редкими деревьями на ней. Оглядываемся друг на друга - улыбаемся: кажется, что доплыли до начала волока на М.Пижму. Володя и Алеша убегают искать тропу и, действительно, находят ее, кричат об этом. Я тоже бегу посмотреть дорожку - тропка утоптана, лежат слеги. Витя начинает разгружать катамаран, но поскользнулся на жердине и через спину ухнул в воду. Я, тоже замерзшая, предлагаю ему пойти разведать волок. Витя переодевается в сухое, и мы убегаем, оставив контрольный срок возвращения - 24.00. По тропе почти бежали, останавливаясь лишь для сбора грибов, которые просто мешались под ногами. Пока тропка бежала по лесу, идти было хорошо, и мои ноги разогрелись через 15 мин. Но вот неожиданно лес поредел, и перед нами раскинулись болото с редкими сосенками и елочками. Тропа оборвалась, и мы зарыскали, хлюпая кедами по болотистому мху. Когда прошли 1-е болото и снова оказались на твердой земле, я с облегчением вздохнула. С Витей я чувствовала себя уверенной, хотя дневная усталость давала о себе знать. Между тем, лесная тропка опять уходила в болото, мы его проходим и снова ищем сухую тропу, собирая грибы, чтобы затем понестись во весь дух. Наши в лагере, наверняка, волнуются и ждут вестей и ясности. Пройдя 7 болот за час десять, мы оказались на площадке лесозаготовителей. Витя даже был чуть разочарован: наверное, тропа вела именно сюда, к лесовикам. Но перед очередным болотом мы увидели вдали речной ерник. Молча стали пробираться. Трясина засасывала ноги, и я стала страшиться больших лесных полян. Но вот и ерник, продравшись через него, увидели ржавую мелкую речку. Это и была Мезенская Пижма...

(вырван листок из дневника...)

29 июля.  Володя и Витя периодически уходили в поиск реки, когда мы от нее слишком удалялись. Нам с Лилей было страшно за них и за детей, и вообще тревожно на душе. Но дети шли весело, хотя и просили есть постоянно. Но - собираем грибы, радуемся красивым крепеньким подосиновикам. Подкармливала их морошкой, правда, еще красной и незрелой. Один раз наткнулись на кусты жимолости. Объели кустик и направились к реке. Остановились на берегу в высокой траве среди жимолости.

30 июля.  Утром проснулись от стука топора. Володя и Витя сооружали каркас для катамарана, ошкуривали слеги. Наши именинники - Аня и Алеша - поднялись рано, ждали подарков. Мне нездоровилось, и я занялась завтраком, просушкой вещей и чая. Ребятишек поздравили, красиво очистили подарочные апельсины, сделали бутерброды с сыром, колбасой и салом - всего по кусочку! До часа дня готовили катамаран и, наконец, загрузились на 1,5-метровый (более узкий). Настила посередине уже не было, каждый сидел на своем рюкзаке. Гребли в 5 весел, т.к. шестое утопили в Ям-озере. Продвигались медленно, часто попадали в завалы, да и речка была узенькой. Выручал нас Володя Г., в своих охотничьих сапогах выпрыгивал, как только мы садились на мель. Потом, прямо в кедах, стали выпрыгивать и Витя с Володей. В этот день прошли немного, но зато река стала пошире. Дети в честь дня рождения уговорили встать на стоянку пораньше, т.е. в 8 час. Палатки поставили на поляне быстро. Собирали и варили грибы, детишки подготовили сценки и показали целый спектакль. Сидя на бревнышках, мы были за зрителей и одновременно чистили грибы. Но пальцы плохо сгибались. Приятно смотреть на детишек. Заснула с детьми быстро. Володя и Лиля доваривали грибы.

31 июля. Утром долго искали топор. Володя накричал на Вовку, но, к счастью, топор нашелся. Поплыли еще до 10-ти.

Характер реки несколько изменился. Берега заросли травой, похожей на мать-мачеху, только на высокой ножке, и мы продирались сквозь нее, отталкиваясь от берега и ото дна. Володя по-прежнему проводил катамаран на отмелях. Два раза они перетаскивали его верхом, один раз через березу, другой раз - через елку. Деревья перегородили всю реку мостом, вытащить на высокий берег - трудно. Но все обошлось, мы не пропоролись, и хоть медленно, но двигались вперед. Дети беззаботно щебечут, сидя на рюкзаках верхом, Маша пишет дневник. Мы, взрослые, гребем и поддуваем время от времени баллоны. Берег меняется, и на смену болоту приходят каменные осыпи, все чаще попадаются валуны, берег стал скалистее и выше. Подплываем к отрогам Тиманского кряжа. Кругом такая красота, что мы забываем про весла и сидим, завороженные. Серые скалы поросли белыми лишайниками, грандиозные каменные карнизы нависали над водой. Стоянку решили сделать вблизи от этих скалистых нагромождений. Встали на ночлег около 9-ти. Т.к. продуктов осталось очень мало, грибы нас здорово выручали. Так что снова ужин из грибов, заправив их кружкой гречневой крупы. Сахара осталась очень мало, а кило "подушечек" мы растягивали уже на второй день, выдавая по штучке на каждого. Володя Г., Аня и Маша перед ужином уходят за грибами и долго не возвращаются. А когда приходят, то рассказывают, что видели каменный город "Тиман" с ущельями, гротом, пещерами. Девочки наперебой рассказывали об увиденном. После еды сразу стали чистить грибы на завтра, погода портилась. Спать легли заполночь в мглистую изморось.

1 августа. Тиманский кряж. Утро пасмурное. Встали пораньше, чтобы подняться наверх, к скалам - каменному городку. В лагере остались Лилины дети, Машенька и Володя Г. Вскарабкались наверх, цепляясь за кусты и выступающие камни. Ноги побаливали от долгого сидения на катамаране, но по мягкому мху идти было приятно. По пути попадались красивые грибы, брали только благородные (наелись грибами, наконец). Вскоре показалось и каменное царство. Гроты, расщелины, огромной величины скалы, камни-великаны составляли замысловатые лабиринты. Мы заглядываем вниз и спускаемся в каменную страну. Побродив и пофотографировав, подгоняемые дождиком, поднимаемся наверх, но крутимся на месте, не зная, в какую сторону идти. Мы с Лилей поняли, что заблудились, т.к. Витя показывал в одну сторону, а Володя в противоположную. Останавливаемся, оцениваем ситуацию и идем дальше, крича по пути: "Володя!" Дождь разошелся, и лишь через полчаса (?) услышали Володин отклик. К палаткам подошли основательно вымокшими. Завтрак совсем готов, и мы под дождем разносим детям еду в палатки. Потом выжидаем, и в перерывах дождя собираем рюкзаки. В 13.00 отплываем. Постепенно дождь отступает, дети веселеют, появляется солнышко, и мы плывем. Подкачиваемся и снова плывем до вечера, любуясь красотами Тиманского кряжа. Поддутый катамаран легко проскакивает перекаты, скользя пузом по поверхности каменьев.

Ночевка в ельнике. Подсушивая палатку, прожгли две дырки - Володя опять ворчит. Пишу краткий дневник. Дети чистят грибы. Витя делает еловые слеги для настила.

2 августа. Переворот. Утром таскаем с Лилей слеги для настила на берег. Витя привязывает их веревками, а Володя укладывает еловый лапник, чтобы детям было удобно и мягко сидеть и спать. Вовочка с пассатижами полез под настил и обкусил острые концы веток. Дети ликуют. Но Алеша неожиданно говорит Лиле, что катамаран похож теперь на катафалк. Только потом мы оценили эту "истину в устах ребенка" - ведь от настила катамаран сильно потяжелел, выгнулся и потерял маневренность.

Вышли в 10.30, но через 40 минут пути нас прибило к поваленной в воде елке и обломанным суком пропороло борт на 30 см. Конечно, баллон тут же спустил, и все, кто на нем сидели, оказались в воде. Свалились в воду и дети, спавшие на настиле. В особо драматичном положении оказалась Анюта - в воде и под Витей, а он не сразу мог встать. Но, кажется, она со сна не успела даже испугаться. Быстро перетаскиваем вещи. Лиля торопится переодеть детей. Разводим большой костер близ согнувшейся березы. Кругом вымокшие вещи, вещи, вещи. Алешик отказался переодевать трусы, упрямится, я зачем-то встряла, он обиженно убежал, пришлось потом извиняться и мириться с ним. Витя переживал произошедшее молча, подле костра сушил резину и клеил пробоину. Володя Г. с девочками ушел за грибами, мой Володя развел второй костер, соорудив таган из камней, и я занялась обедом...

Небо пасмурное, но тепло, и мы согреваемся, "отходим". Снова складываем полусухие вещи по рюкзакам и полумокрые продукты, ребята привязывают надутый баллон, и мы снова рассаживаемся, отчаливаем. И вот ведь невезение - не проходит и пяти минут, как снова напарываемся на какой-то ерундовый сучок, едва торчащий из воды - другим баллоном. И все начинается сначала: просушка, клейка, загрузка. Теперь Витя догадывается, что дело в возросшей тяжести. Еловый настил разбираем и торжественно сжигаем. Дети бегают по берегу, с легкостью переживая случившееся. Это и хорошо. Мы с Лилей сильно озабочены. Продуктов мало, сильно подмочены, а передвигаемся мы медленно, до сих пор не знаем - сколько прошли от истоков. Мужчины кончают ремонт, снова надуваем баллон и рассаживаемся. На душе как-то неважно, но, выкатив на плес, немного расслабляюсь. Сзади меня сидит Вовка, я рассказываю ему о своем туристском прошлом и стараюсь грести изо всех сил.

Проплыли 4 часа и в 9 встали. Ночевка - на каменной косе, среди ромашек. 2 костра, грибы на ужин. Наваливается дневная усталость, и я проваливаюсь в сонное царство.

3 августа.  Утро солнечное, стоянка красивая. Досушиваем, завтракаем и отплываем. Гребется хорошо. Река извивается и шустро несет. Перекаты часто переходят в шиверы и нас иногда закручивает на отмелях. Дети от скуки играют в "города", Володя хорошо поет песни на стихи Есенина. А Володя Г., как всегда, молчит. Красивые берега поражают многоцветием. День сегодня голубой, небо чистое. Проплыв пару часов, на левом берегу встречаем людей при впадении большого притока. Это - байдарочники из Москвы, путешествуют всемером с 4-х летней дочкой Катей. Причаливаем, узнаем, что до Шегмаса два дня пути. Просим у ребят соли, а они нам на бедность в подарок еще и кило сахара. Аня отдаривала шоколадкой. С хорошим настроением, обсуждая встречу и свои перспективы, рассаживаемся и плывем дальше. Теперь река стала много шире, а по берегам стали попадаться избушки. У одной из них мы обедали. Воспользовались столом на улице - как на даче. Вкусно и сытно. Лиля по просьбе детей пожарила (а не сварила) грибы, а на второе была молочная гречневая каша (без грибов!)

После обеда поднялись на горку полюбоваться видами на реку и впервые не спеша наелись черники.

Снова поплыли, но в 20.00 вынуждены были остановиться. Лиля нечаянно продырявила веслом баллон, и мы долго не могли найти свистящую дырку. Останавливаемся, потому что плыть при постоянно спускающем баллоне тяжело и опасно. Дети обижаются, они настроились плыть до Большого (Великого) порога, но быстро забывают о своей обиде, собирая жимолость и осваивая стоянку. Витя подклеивает дыру. Володя занят костром, а мы с Володей Г. собираем жимолость, которой здесь очень много. Ее приятно собирать, как виноград крупная, спелая, виснет над головой. На ужин варим компот из жимолости, не жалея сахара. Бог даст, завтра будем в Шегмасе. Витя из оставшихся веревок сплетает "гамак" для детей на катамаране взамен настила. По договоренности укладываемся раньше, чтобы встать в 5.00.

4 августа.  Отплываем в 6 утра. Несмотря на ранний подъем, дети бодры и ждут Великого порога. Но вода спала, и торчат из воды камни очень приличного размера. Сначала мы проходим небольшой порожек, но вот камней становится все больше и больше, впереди шумит, и мы с детьми выскакиваем на берег, а мужчины проводят катамаран одни, выскакивая, где нужно, в воду. Мы с Вовочкой с берега успеваем их заснять. Догоняем. Маша отказывается нести весла, и я с ней ссорюсь. Не надолго.

Снова плывем. Через час встречаем туристов из Архангельска (они рассказывают про раскольничий крест на скале правого берега). И вскоре издалека замечаем этот деревянный крест, поставленный чьей-то заботливой рукой (недавно) в память о самосожженцах во времена раскола церкви. Останавливаемся и карабкаемся наверх. На крутых каменистых россыпях, во мху плантации черники - спелой, сладкой, ароматной. Тут же грибы, крепенькие красные шапки с толстыми ножками - берем только такие. Трудно оторваться от ягод, но и крест посмотреть любопытно. Алеша с Анечкой первыми достигают вершины. Вскоре и мы оказываемся на плато, почти на равной площадке. Крест срублен совсем недавно, еще пахнет свежеспиленным деревом лиственницы. Хорошо, что находятся люди, которые чтят память своих предков, поддерживают памятники в хорошем состоянии. Великолепный вид на долину уже полюбившейся нам Пижмы. Узенькой ленточкой вьется она среди зелени.

Спускаемся вниз, обирая по пути черничные кустики. Кажется, наелись всласть, прощаемся с ягодной горкой и крестом. Еще долго вглядывались назад, но впереди - Шегмас, и мы гребем-торопимся. По описанию, перед Шегмасом должны быть красивые скалы (деревню Кобылинскую я с Лилей проспала...) И вскоре мы замечаем рыжие каменные выступы нависающих над водой каменных террас. Река убыстрилась, и мы просто несемся. Когда показались первые признаки деревни, ограды, загоны для скота и первые избы, стало так радостно, что мы перестали грести от переполнявшего нас чувства. Вдоль берега стояли лодки. Здесь они узкие и длинные, как пироги. Среди них мы и причаливаем к берегу. Дети счастливо спрыгивают на землю. Узнаем про магазин и направляемся туда с детской гурьбой. Покупаем много хлеба, сахара, лапши, риса и металлическою ложку за 64 коп. взамен утерянной, а то последние дни мы с Лилей ели одной. Хлеб мы отдаем детям, а сами с Лилей гуляем по деревне, рассматривая дома, людей.

В избах топятся печи, идет своя, нами труднопостигаемая жизнь. У продавщицы узнали, где можно купить молоко. Она посылает девочку проводить до тети Шуры. Но тетя Шура обещала подоить корову через полчаса, и мы возвращаемся к своим на берег. Лиля разговаривает с местными жителями. Вовочка перегрелся и лежит на катамаране с разболевшейся головой. Идем с Лилей за молоком. Хозяйка предлагает еще и кастрюлю сметаны, благодарим и расплачиваемся. Hа берегу перекусываем и тут же покупаем еще три буханки хлеба. Пишу открытки в Москву. Отправляю, и отплываем искать стоянку. Через пару км останавливаемся на низком ровном каменисто-песчаном берегу. Лиля никак не решится, где ставить свою палатку, а я тороплюсь поставить свою, т.к. у Вовки поднялась температура и его лучше поскорее уложить и попоить чаем. Нервничаю. Костер Володя разжег быстро, на хлеб ограничений не было. Вовочка напился горячего сладкого чая и заснул. Лиля, Анюта и Маша мыли головы. Витя все возился с катамараном, а Володя Г. рисовал пейзажик противоположного желтого берега.

5 августа. Утро солнечное, дети легко поднялись. Вовочке значительно лучше. Искала Вовочкин сандалик и свои часы куда-то засунула. Потерялись!!

Отплываем и сразу же раздеваемся до купальников. На катамаране перестановка: на корме управляет мой Володя. Начинается легкий ветер навстречу. Несмотря на быстрое течение, двигаемся медленно из-за ветра, хотя гребем изо всех сил. Когда гребля налаживается, поем песни, но плохо слышим друг друга из-за ветра. Блёки надоедает сидеть, и она неожиданно прыгает в воду, мы недоуменно переглядываемся и в этой суматохе топим весло, причаливаем. Мужчины пытаются прочесывать кусок реки в поисках - но бесполезно и, попереживав о потере, плывем дальше на четырех веслах. Володя Г. пытается отталкиваться шестом, но не получается нежного эффекта, и он меняет нас с Лилей, а мы по очереди отдыхаем вместе с детьми в центре нашего суденышка в веревочном гнездышке.

Плывем дальше и останавливаемся лишь на перекус и поддув. Съедаем банку куриного паштета, но Витя неожиданно от него отказывается, а я не понимаю, почему. Злюсь на него, еле молчу, видя, что и Лиля обижается. А ему хоть бы что. Плывем дальше и через пару часов, когда дети снова просят есть, халву едим не причаливая, экономя время, как Вите и хотелось. В этот день потеряли еще и нож, скользнувший в воду на глазах у всех. Мой Володя настоял на поисках, долго искал, безуспешно, но зато нашел проволоку для долларов (крючков для котелков -Л.Т.).

Останавливаемся в черничнике на высоком берегу. Долго выбираем места для палаток, объедая чернику, чтобы не давить ягод. Спим на мягкой моховой подстилке и утром встаем с легкостью.

6 августа.  После сбора рюкзаков задерживаемся и собираем чернику в рот и кружки на компот. В 9.00 выходим на воду. На вскоре опять поднимается вчерашний ветер навстречу. Гребем сильно, а продвигаемся медленно. Через пару часов встречаемся с геологами. Им охота поговорить, и мы причаливаем. Моросит дождик. Лица у мужчин приветливые. Начальник группы показывает на карте место, ближайшее к Вожгоре на Мезени. До этого места - Гаревого Мега, остается 17 км.

Гребем еще час, но почти не продвигаемся. С Лилей и детьми идем по берегу. Идем с удовольствием. Земляника, черника и грибы на каждом шагу. Тропа утоптанная. Но тяжело смотреть на реку, видя, как Витя тащит катамаран с рюкзаками за собой на веревке. Останавливаемся на перекус и едим бутерброды с мясом конс. и вареной сгущенкой. Вкусно, особенно когда проголодались. Опять идем дорогой, а мужчины упираются и выгребают одни, иногда проводя катамаран бечевой по берегу. Наши мальчишки остаются с отцами, а мы женским составом бежим по берегу. Объедаем по пути ягоды, собирая грибы, но не все, а только самые хорошие, самые маленькие, крепенькие. Минуем домик. У хозяйки узнаем, что да Гаревого Мега - 12 км, сообщаем об этом Вите, т.к. дорога начинает отходить от реки.

Блёки все это время бежала с нами, но в какой-то момент я упустила ее из вида, а когда Лиля вспомнила о ней, рядом ее не было. На призыв не отзывалась, и я забеспокоилась, как бы не потерялась. Периодически оглядывалась, звала ее. Минут через 15 Блёки стремглав прибежала к нам и уже от нас не отставала. Торопимся, и потому идем быстро. Нас обгоняют 4 всадника и рассказывают про поворот к реке. Проходим еще пару км, переходим мост, за ним - тропинка к реке. 500 м, и мы сквозь листву видим реку. Но наших катамаранщиков не видно и не слышно. Решаем с Лилей их подождать минут 15. Собираем с девочками малину.

По доносящимся с реки голосам слышим приближение мужчин, через 10 минут они уже рядом, но среди нет ни моего Володи, ни Вовочки. Оказывается, когда Блёки отстала от нас, она побежала к катамарану, но, поскольку ее не посадили, она какое-то время бежала по берегу, а потом, не зная, куда ей бежать, пошла по нашему с Лилей следу. Володя забеспокоился, что она потеряется, и потому вылез на берег, чтобы найти собаку. И ушел.

Я колеблюсь, но меня уговаривают. Усаживаемся с Лилей и девочками в катамаран, гребем - до Г.М. осталось два км, там будет назначенная встреча. Разрушенная ферма с автобусом - ориентир для остановки. Проплываем последний поворот, последний перекат, причаливаем. Последний раз.

Спасибо тебе, катамаран, 12 дней ты нес нас вместе с рюкзаками. И ходили мы по тебе грязными ногами, и сидели верхом, и пропарывали дважды твое брюхо, но ты нас мужественно пронес по маршруту, несмотря на трудности пути.

Вылезаем на берег и потягиваемся. Водная часть похода закончена. Разгружаемся, Витя вытаскивает катамаран на берег и спускает баллоны. Устраиваем стоянку. Отсюда до аэродрома Вожгоры - 1,5 км. Палатки ставим в черничнике. Витя собирается на аэродром, чтобы узнать расписание и заодно встретить Володю с Вовой, если они пришли к Вожгоре. Но не успел он уйти, как я... как я увидела возле старого автобуса две дорогие фигурки. Я закричала им, и они ответно замахали руками, и скоро мы были вместе. Оказывается, они смогли вычислить по нашим и Блёкиным следам на дороге весь наш путь и, поняв, что Блёки не потерялась, вернулись на берег и нашли нас.

Последний ужин на воде был роскошным: блинники из оставшейся муки, каша с подмокшим мясом и черничный компот. После ужина я мыла голову. Маша убегаем с Володей Г. рисовать, Лиля с Витей чистят грибы, а Анюта с Алешиком рано ложатся спать.

7 августа.   Ночью идет дождь, и мы встаем до 7-ми. Сырые дрова плохо разгораются, но, быстро просыхая, кипятят воду. Мы снова едим жареные грибы и даже забираем с собой в бидоне, литровой банке и кастрюле. Прощаемся с Меженской Пижмой.

Идем до аэропорта 1,5 км. Аэропорт Вожгоры - небольшое деревянное здание, где мы рассаживаемся в креслах, наслаждаясь теплом и сухостью. Диспетчер звонит в Лешуконское, там обещают дополнительный рейс. Пишем дневники, затем нас на час отпускают, и мы бродим по поселку Вожгоры. В первый раз выходим на Мезень - широкую, неспокойную реку. Сильный ветер. Моросит дождик. Лодчонки прилепились к краю берега рядом с амбарчиками и сараюшками. В поселке наряду со старыми домиками много новых.

Чисто вымытые дождем деревянные мостовые скрипят под ногами. Вожгородское кладбище разделено дорогой, и мы проходим мимо. Услышав самолетный гул, торопимся вернуться. Но информация о нашем самолете неопределенная, и мы надоедаем диспетчерам просьбами сказать что-то точнее. Под дождем слегка промокаем, сушимся в домике, поджидая Лилю с Витей. Они приносят хлеба. Раздираем его на части. Мягкий, вкусно пахнущий - такое лакомство! Местные смотрят на нас с насмешливым удивлением. Рейс снова откладывается, и мы с Володей тоже идем в магазин и покупаем хлеб, сахар, сыр и масло. Возвращаемся к нашим и видим в сотне м от домика обеденный костер. Грибы разогреты, чай, хлеб с маслом. Сокирки уходят в аэропорт к рюкзакам, а мы ждем, когда согреется чай. Hо прибегает Анютя и радостно сообщает, что папа уже покупает билеты нам всем. Чай не успеваем выпить и шутим, что Витя не дает даже чай допить, прямо к ногам подкатывает самолет. Опять нам повезло.

Все летим дополнительным рейсом в Лешуконское. Детей укачало, разболелась голова и у меня, и я весь вечер приходила в себя. В поисках музея в Лешуконском смотрели дома с красивыми резными балконами. Пили в магазине молоко, просто бродили на улицам, рассматривали коньки домов, курицы и кисти-полотенца. Не найдя музея, идем на пристань, где удалось пристроить рюкзаки в зале ожидания дебаркадера. Попытка переправиться на другой берег в Едому, чтобы посмотреть обетный крест, закончились неудачей. Паром в воскресенье не работает, да и поздно уже - около 8-ми. Снова бродим по улицам под моросящим дождем, постоянно что-то жуя. По пути попадается баня, Лиля бежит и договаривается с женщиной-банщицей пустить нас, хотя время кончается. Нас пускают мыться. Удовольствие оказалась великим, хотя и без свежего белья и полотенец. Машенька в бане была в первый раз, и смотрела на все удивленными глазами. Чистенькие, возвращаемся на дебаркадер, стелим постели на полу, Витя с девочками приносит от сторожа кипяток, и мы ужинаем за столом. Витя читает вслух желтую книжку о завтрашнем маршруте. Лиля и Володя Г. чинят одежду, а я обрабатываю свои огрубевшие от гребли руки. Засыпаем в тепле, чтобы утром 6.00 "Зарницей" уплыть в Кельчемгору.

8 августа. Утром успеваем попить горячего чая и уплываем по расписанию. За час десять доплываем, высаживаемся и поднимаемся крутым берегам к деревне. Первое село - Кольчино. Рядом с крайним домом - обетный крест. 1880 год. Различаем резную надпись: Кресту твоему помолимся, Владыка Святой, Воскресенье Твое славим.

Дома поражают своей громадностью - каждый на одну-две семьи. Рассматриваем коньки из огромных комлей. Машенька зарисовывает причелины и кисти-полотенца. Следующая деревня рядом - Заручье. Здесь дома расположены на городской манер, улицей, фасадом друг к другу. На кровлях коньки, кисти с ажурной деревянной резьбой, иногда тонким рисунком полотенца. Под крышами, как правило - балкончики.

Идем дальше и попадаем в деревню Мокшево. Здесь дома стоят порядком с выступающими коньками, они стоят друг за другом фасадами на юг. Местная женщина рассказывает, что они живут здесь в основном летом, как на даче, на зиму все уезжают в город, остаются 3-4 человека. Потом спускаемся к реке и вдоль берега идем к с.Заозерье. На высоком холме стоит пятиглавая церковь деревянная, с колоколенкой в форме беседки.

Рядом 4-метровый обетный крест. Смотрим дом Клокотова - огромный пятистенок с расписными ставнями и фронтоном (сад, львы, экзотические цветы). Просимся внутрь. Приветливая хозяйка Анна Дмитриевна разрешает посмотреть интерьер дома. Беседуем с хозяином о "жизни", прощаемся и идем в Шеляву. Здесь интересен дом, на коньке которого лебедь, а у другого - олень с рожками. В селе два порядка домов. Тот же мастер сделал фанерных львов еще на нескольких домах.

Расспрашиваем местных женщин, где можно купить молоко, и одна из женщин дает нам целое ведро молока, с которого сняты сливки на сметану. Пьем с благодарностью, да еще с собой трехлитровую банку забираем.

Идем в Юрому, что в 12 км от Шелявы. Сначала по лугу, потом песком, потом лесной дорогой. Нагоняет молочный грузовик, нас брать он не имеет права, но согласился подвезти рюкзаки. С ними уезжает Витя.

Налегке идем к деревне, обрывая кусты красной смородины. Не доходя км, вижу костер, Витя греет воду для обеда. Варю суп пакетный и разогреваю грибы, собранные еще в Вожгоре. После обеда - дальше.

Возле первого околотка Юромы крест с надписью "Кресту Твоему поклоняемся. Великое и Святое Твое Воскресение славим". Рассматривая дом рядом в Бучевах, разговариваем с женщиной, увидевшей нас в окно. Прошусь в дом посмотреть иконы. Приветливая хозяйка угощает детей клубникой в сахаре и показывает икону своего свекра. Лиля рассказывает детям иконный сюжет. Видя нашу заинтересованность, хозяйка неожиданно предлагает нам иконы с чердака - старенькие, ободранные, но ценные для нас как память. От денег она отказывается, отдает как память. Прощаясь, фотографируемся. Рядом с домом обетный крест, заботливо обернутый в пелены.

По подвесному шаткому мостику переходим речушку и оказываемся в Юроме. Начинается дождь, и на пристани мы неожиданно договариваемся с бригадиром шабашников из Архангельска и Москвы о ночевке в их общежитии. Мой Володя ворчит, ему не нравится комната, хотя мы ее и вымыли тщательно. Ему хочется на природу, в палатку. Но поскольку идет сильный дождь, остаемся в домике, разжигаем печку, готовим постель и ужин, сушим мокрые вещи. Дети уходят за горохом на поле, мой Володя приносит дров. Готовим ужин на плите. Лиля предлагает напечь блинов для себя и хозяев угостить. От тепла мы с ней раскраснелись, сварили на завтрак гречневую кашу, а потом, сытые и разомлевшие, долго пьем чай. После ужина поделили жребием подаренные иконы. Володя Г. и Маша разбирают свои рисунки, а я отправляюсь спать. Сегодня пройдено 20 км, и ноги гудят от усталости.

9 августa. На 6-ти часовой "Зарнице" плывем в Кимжу. Разговариваем с местной жительницей и приезжей москвичкой, заблудившейся недавно в прибрежном лесу (нам о ней рассказывали в каждой деревне)...

(Конец дневника Лиды Сулимовой и продолжение: из дневника Маши Сулимовой):

Старушка, с которой мы плыли, привела нас к кресту, обмотанному тряпицами. Еще был приделан ящичек с лампадкой и маслом. Обматывают его в просьбу и благодарность. Старушка крестилась двумя пальцами.

Затем мы подошли к самому селу Кимже, где стояла Одигитриевская церковь 1763г. Пять глав, красивое крыльцо, чешуйки на куполах. Я зарисовала ее акварелью. Долго мы сидели у этой церкви и ходили по улицам, смотрели кресты и красивые дома. Одна женщина пригласила нас пить чай. Потом мы отправились к устью Кимжи-реки. 4 км шли по дороге, а затем свернули к селу Дорогорскому на другой стороне Мезени. Идем лугами и песчаным дном. Но, подойдя к берегу, стали думать, как переправиться. Стали пробовать кричать моторным лодкам. Водитель был добрый, и через 15 минут мы летели через Мезень на моторе "Вихрь". Быстро высадились и успели на автобус, идущий в город Мезень, купив перед этим конфеты "Кавказские".

На автобусе доехали до мезенского аэропорта, и за ним, в лесочке, ставим палатки. Ели голубику, любовались вереском. С дядей Витей ходили за водой в аэропорт. А после ужина мы с папой долго говорили об ином.

10 августа. К 8-ми утра мы в аэропорте, но самолетов пока нет, и мы едем осматривать город. Подъехали к краеведческому музею. Директор музея Василий Иванович пустил нас на час раньше и сам провел нам экскурсию. Мезень в 39 км от моря, а начало берет в КомиССР. Длина 960км. B.И. рассказал, что жителей 17 тысяч, по человеку на кв.км., и жителям не нравится "Зарница", потому что от нее идет большая волна, выбрасывает на берег тысячи мальков, и те на камнях погибают.

...Здесь высокие приливы-отливы, раньше росли дубы и вязы, а теперь дерево растет всего 17 дней в году. Говорил про разные народности, новгородцев и гербы края. Посмотрели предметы быта, орудия труда, игрушки.

После музея мы шли по магазинам, пообедали в столовой и уехали в аэропорт. Там мы с дядей Володей немного порисовали, и нам подали самолет ИЛ-14. В самолете было лететь хорошо. Мы врезались в облака, и с Аней пели песни. Прилетели и сели на автобус до Архангельска, к морскому вокзалу. Мама купила нам яблоки, и мы смотрели некоторые подворья. А к вечеру мы уехали в Малые Корелы, поставили палатки, немного перекусили и залегли спать.

11 августа.  Встали, позавтракали и пошли в этот знаменитый музей. Здесь на гектаре разбросаны памятники деревянного зодчества: ветряные мельницы, церкви, красивые дома. Мы ходили чуть ли не три часа, было очень интересно. После обеда поехали в дер.Лявлю. Там обедали и смотрели две церкви, одну позднюю, другую - деревянную. 1669г. Она-то и привлекла наше внимание. Потом снова поехали в Архангельск и там ходили по магазинам, гуляли по городу, жевали яблоки. К 6-ти пришли на морской вокзал, там сели на "Зарю" и отправились в морское путешествие по Сев.Двине в село Холмогоры. Плыли часа два. Все это время я писала дневник. Неожиданно подъехали к Холмогорам и еле успели выскочить. От местных узнали, как идти к музею Ломоносова на другом берегу в деревне на острове. Мы дошли до переправы и остановились у нее. Быстро разбили лагерь, быстро поели, почитали в книжке про Холмогоры.

12 августа.   Опять ранний подъем. На чистеньком пароме переправились, километра 4 шли до села. Там видели памятник Ломоносову, а потом и сам музей. И здесь нас пустили на час раньше. Видели вещи Ломоносова и всякие монеты. Музей мне не очень понравился. Из музея мы пошли посмотреть церковь. Церковь полуразрушена, но все равно очень красивая. Обратный путь до причала прошелся как-то легко. Там переправились, забрали рюкзаки, посмотрели Преображенский собор, который тоже был полуразрушен, и пошли на автостанцию. Ждать автобуса надо было долго, и потому мы сходили в столовую, пописали дневники, репетировали сценки для закрытия похода. В пять сели на автобус и поехала к Антоний-Сийскому монастырю. Ехали два часа, а когда вылезли из автобуса, еще шли 8 км. На ночлег остановились на озере с видом на величественный Антоний-Сийский монастырь.

После ужина еще раз прорепетировали сценки, сделали грамоты и значки и пригласили взрослых на последний праздничный вечер в походе. Сценки родителям понравились, и награждения тоже. Вот и кончился этот последний вечер.

13 августа (cуббота).  Сегодня с утра, собрав свой рюкзак, я рисовала.

Затем пошли осматривать монастырь. Там растут 4 здоровенных кедра, посаженные монахами. Обратно 8 км дошли без приключений. Не прождав и 5 минут, мы остановили автобус, который шел до Архангельска и дальше.

Перед городом вы вышли на остановке городского автобуса, a Coкирки поехали дальше, а мы поехали до вокзала. Там купили билеты в Москву и пошли гулять по городу. Когда встретились с Сокирками на улице, то пошли в краеведческий музей. После него как-то устала, и мы с дядей Володей пошли в художественный музей. Там мы отдохнули и хорошо поговорили. Купили мороженое и сок, и поели. Пошли рисовать на пристань. Нагулявшиеся и усталые, пришли на вокзал перед самым поездом.

Только мы пришли, как пришел наш поезд. Мы залезли в него и, немного поев и поговорив, заснули.

14 августа(воскресенье). Сегодня спала, сколько хотела. Поезд мерно укачивал, и мне было хорошо. Проснувшись, писала дневник. Когда все отоспались, завтракали. Целый день в поезде я писала дневник, немного читала. Мы обедали.

А после обеда некоторое время спустя стали собираться и готовиться к Москве. Через каких-то полтора часа мы оказались в Москве.

Пришли. Оля с бабушкой гуляли, и мы стали готовить ужин. Как мы обрадовались, когда пришли Оля с бабушкой. Вечером мы поужинали, я немного поиграла с Олей, и мы вместе легли спать.

Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.