Л.Н. Ткаченко: О книге «Кронид».
предыдущая оглавление следующая

Л.Н. Ткаченко: О книге «Кронид».

Когда я прочла первый раздел книги - биографию Кронида, мне захотелось не откладывая как-то разобрать тот клубок чувств, который к концу чтения вырос у меня до огромного. Но не справилась, ведь биография составлена так, что в нее включилось только самое важное, неважного просто нет, все значимо. Оставлять же что-то без комментариев - несправедливо обижать составителей.

Написав короткий панегирик Гале С., в жизнь Кронида вплетённой (см. в конце), я продолжила чтение книги, все увлекаясь и увлекаясь. Казалось бы все, кроме чеченской трагедии, уже пережито, как-то обдумано и убрано в глубины памяти, только чеченская катастрофа все еще длится и источает черные вести и нет ей конца. И все же: сколько новых для меня фактов, какое глубокое осознание наших событий, из которого следуют грустные для меня прогнозы. Как человек консервативный и даже в наше «замечательное время» стремящийся в свой устойчивый кокон, я благодарна Крониду за то, что он сражается (не хочется писать в прошедшем времени, т.к. нельзя считать, что актуальность его статей угасла), сражается за нормализацию жизни в нашей стране, в результате которой таким, как я, стало бы жить не страшно, а людям творческим привольно. Как не удивительно, но ни с чем в статьях Кронида и спорить не хочется. Наверное, потому, что возникла уверенность - в разговоре «с глазу на глаз» можно было бы всегда выйти на взаимопонимание.

Читая статьи Кронида, я поняла, что не решусь их обсуждать, а соберусь и дам сконцентрированный отзыв. И это не получилось! В разделе «Мастер» первый же автор (А. Пумпянский) всё за меня написал: не убавить - не прибавить. Охнула, а потом стала радоваться, что даже коллеги сумели открыто оценить и личность, и стиль, и добросовестность. Действительно, «его письмо отличал...декартовский стиль, сочетавший глубину научного исследования, прозрачность мысли, энциклопедическую эрудицию и точную гуманистическую позицию».

Поскольку имя «Кронид Любарский» для нас не ново, то наверняка что-то читали и раньше, доходил до нас изредка и журнал «Страна и мир». Но не помню, чтоб я выделяла статьи Кронида. И только чтение в таком концентрированном виде, когда научаешься следовать за его исследовательской «логически неотразимой»-(А.П.) мыслью и осознаешь написанное как подарок себе, дало ощущение невероятного везения от того, что жизнь открыла мир Кронида Любарского и Гали Саловой, как будто высадила на астероид «Галя», окружённый светом «Кронида», Я, наверное, всем своим друзьям и родственникам, кому писала новогодние поздравления, сообщила про Галю и Кронида и про астероиды, как о чуде.

Что касается переписки Кронида и С.А. Желудкова, то какое это счастье, что она состоялась, ведь от встречных потоков их мироощущений никто не оказался опалённым, поверженным, зато света в этом мире прибавилось. Как жаль, что я не имела аргументов Кронида в свои молодые годы, чтоб достойно противостоять нуворишам от православия, которые, естественно для себя, с чувством превосходства относились к «отстающим». И всё же нашим друзьям и знакомым, прочитавшим «Почему и я христианин» С.А. Желудкова и его ответное письмо моему мужу, в котором он применил к нам термин «анонимные христиане», ничего не оставалось, как смириться с существованием в своем кругу людей невоцерквлённых, но уважаемых таким христианским авторитетом.

Ещё немного. Я собиралась пропустить «Путешествие с бутылкой». Думала, посмотрю только, все равно в вине ничего не понимаю. И зачиталась с первой же страницы. Может быть потому, что в Порту мы были с семьей сына в 2006году и вынесли из него и окрестностей досадно мало впечатлений. А у Кронида такие глубины, такое любование трудом создателей, такое уважение к сохранению традиций, к достоинству человека, как производящего, так и потребляющего! После экскурсии по «стране портвейна» оказалось невозможным самой отказаться от открытий в практически неизвестном мире вин, и я благодарно дочитала до конца.

А теперь моя первая реакция после « Штрихов биографии» с некоторыми сокращениями, обращённая к Гале.

... Крониду было много отмеряно природой, и он своим бесконечным трудолюбием по максимуму реализовал себя как творческую личность и в науке (сколько успел), и в правозащите, и в журналистике, и в человеческих отношениях. На каждом повороте судьбы он осознавал своё назначение и жил взахлёб. В описании судьбы Кронида, конечно, невозможно было не касаться Вас, Галя, Ваших ролей в его жизни, одна из которых - быть «до предела измочаленной Галкой», добровольно бравшей на себя бесчисленные заботы о поддержании любимых - дочки и мужа - и дела его жизни, другая - быть любимой, драгоценной женщиной, подпитывающей энергией мужа

Жизнью после смерти одной половинки Вашей семьи Вы, как мне представляется, хорошо распоряжаетесь. Не знаю, писали ли Вы самостоятельные работы при Крониде (могло случиться, что мало), но Ваши вставки в биографию заслуживают похвал, я с удовольствием Вас хвалю. Хвалю и за добротность книги, и вообще за то, что она напечатана и тем самым позволяет впустить Кронида в свою жизнь людям, не знавшим его, т.е. продолжить земную жизнь Кронида в духовном виде. И неиссякающее в вашем доме гостеприимство, и связанные с ним Ваши ошеломляющие кулинарные успехи, и пронзительный фоторяд, связанный с открытием памятника Валленбергу, как бы доведение труда Кронида до хоть какой-то справедливости по отношению к этому замечательному человеку... Наверное, в «заделе Кронида» есть еще немало, начатого, кто знает, может быть для того, чтобы дать Вам возможность раскрыть и развить все, чем одарила Вас природа, но из-за каждодневных забот некогда было развивать. Дай Вам Бог сил на многие годы!

05.01.2008 Л.Ткаченко

предыдущая оглавление следующая
Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.