предыдущая оглавление следующая

2.5 Марксистские книги.

В тюрьме я прочитал 10 таких книг, из них две Ленина. Из 1-го тома, помню, законспектировал раннюю работу "Наши разногласия с народниками", чтобы убедиться, что начинал Ленин свою публицистику как легальный марксист, как демократ и союзник либералов против народнического социализма. В каком-то из отзывов на ЗЭСы или "Поиски" специалисты из академического института обвинили меня в клевете на Ленина по этому пункту, а сейчас я с удовольствием убедился, что был прав: ленинское наследие неоднозначно, в нём есть не только тактика борьбы за абсолютную власть и призывы к красному террору, но и призывы к положительной либеральной работе, развитию капитализма в России, против азиатчины и за цивилизованность. Были у Ленина периоды – в конце века и в конце его жизни (периоды легального марксизма и НЭПа), когда его можно было называть, хотя бы отчасти, буржуазным коммунистом, буржуазным по ближайшим целям, коммунистическим по целям далёким. Но конечно, то был лишь один из многих Лениных, что миру больше виден Ленин как основатель нового, невиданного в мире абсолютизма "диктатуры пролетариата".

Ленинские "Философские тетради" я лишь проглядывал, когда Фетисов просил консультации по той или иной мысли. Фетисов же вгрызался в эту книгу, как во вражескую тайнопись. Так он, во всяком случае, объяснял сокамерникам: "врага надо знать". Я его "цели " воспринимал, как балабольство, но от разъяснений никогда не отказывался, получая удовольствие от языковой и логической тренировки. Думаю, что и Фетисов основные "азы" сегодняшней догматики узнавал и после нескольких проб и поправок он смог бы "блеснуть чем-либо" в разговоре при случае...

Видимо, так и действует знаменитый тюремный университет. Немудрено, что самообразование в тюрьме приводит к росту эрудиции и догматизма одновременно. Ведь только под углом увеличения своего интеллектуального оружия и принимается большинство заключённых за сложные книги.

Один из томов "Теории прибавочной стоимости" (4-ый том "Капитала") Маркса я не смог прочесть внимательно – уж очень нудны эти необработанные выписки из экономистов начала прошлого века с Марксовыми ещё более нудными комментариями, среди которых лишь иногда попадались близкие к Буржуадемову мысли, к примеру: "Именно капитализм осуществляет в распределении промышленного оборудования настоящий коммунизм"...

Читал этот том, как отчёт, и оценивал правильность Марксовой самохарактеристики (редкой по своей скромности): "Я лишь машина по поглощению и переработке книг".

Остальные книги - 7 томов переписки Маркса и Энгельса от начала их революционной деятельности до середины 70-ых годов, когда Энгельс переехал из Манчестера в Лондон, где жил Маркс, и надобность в подробной и чуть ли не ежедневной, почти дневниковой по откровенности и детальности переписке отпала. Впрочем, есть ещё 7 томов писем – до конца жизни обоих, но я их не успел прочесть в тюрьме и теперь не знаю, когда придёт время завершить столь увлекательное чтение действительных мыслей и жизни двух основателей величайшей для мира и для нашей страны, в особенности, идеологии.

Десятки миллионов людей изучают их книги, как непогрешимые истины на миллионах занятий, другое множество людей отвергает марксизм, мучаясь в самостоятельной критике и опровержениях. Кстати, судя по штемпелям на выдаваемых мне томах Маркса-Энгельса, они предназначались не для заключённых, а для работников изолятора, т.е. для политвоспитания наших надзирателей-комсомольцев. В камерах эти тома читались совсем для иных целей (если верить Фетисову). Однако, почему-то до сих пор и верующим в марксизм как в абсолютную истину, и его противникам не приходит в голову воспользоваться простодушным советом Ленина тщательно изучать переписку основоположников.

Конечно, нет гарантии, что во втором собрании сочинений Маркса-Энгельса приведены все известные на сегодня письма, но думаю, они даны точно и без особых пропусков – уж очень много неприглядного и неприятного для сегодняшних пропагандистов содержится в этих томах, чтобы подозревать составителей "Сочинений" в недобросовестности. Ленин прав - "Переписка" Маркса и Энгельса - правдивейшая из возможных их биографий и отражение их учения.

Только 1-ый том читать трудно, пока неизвестны основные обстоятельства и герои этой жизненной драмы. А потом, привыкнув к их языку, пропуская повторения сведений в письмах к разным людям и ненужные описания тогдашних биржевых ситуаций и т.п., читать можно быстро и с увлечением. Мне, например, 600-страничного тома хватало на полтора-два дня, и я бы, конечно, прочёл все 14 томов, если бы мне не выдавали их по одному через две недели (да и то, начиная с мая, когда наконец-то был разобран завал книг в библиотеке).

Нет, не нужно сочинять маркс-энгельсовые биографии, писать анализы и опровержения их трудов, надо просто читать их переписку. Меня подмывало проделать элементарную работу: подсчитать количество строчек с обдумыванием теории, описанием прочитанных книг, с жалобами на семейные и денежные неурядицы, с политическими интригами, со злословием насчёт глупых друзей и т.д. А потом всё это сопроводить наиболее характерными цитатами. Мог бы получиться яркий и полезный конспект.

Жаль, что не будет у меня на такой проект времени! Прикидочно, обсуждение прочитанных книг занимает не более 20% всей переписки двух гигантов, в том числе не более 5% - обсуждение новых для них вопросов. Остальные же 80% этой сокровищницы марксизма делятся примерно поровну между партийными склоками с руганью по поводу друзей-врагов и поисками денег с описанием житейских трудностей.

Вот некоторые записи впечатлений.

Том 28 (Письма 1852-1855гг.).

В целом в эти годы главным для них было: борьба за деньги, за свои статьи, эмигрантская грызня и озлобленность к соперникам. Но не исчезает и вера, что именно их радикальная бойцовская партия победит в неизбежной революции. И, чёрт возьми, ведь они, эти хулиганы-бойцы, оказались правы в своей самоуверенности! Соперники их звали "серной бандой", сами они свою партию величали "бандой ослов". Теперь я могу сравнивать и вижу, что уголовники придают такое же значение интригам и власти. Брань в адрес знакомых и одновременно дипломатическое заигрывание с влиятельными Фрейлигратом и Лассалем.

Что же касается теоретического содержания, то его очень мало, близко к нулю. И только в личном плане меня примирило с Марксом его любовное письмо к жене при отъезде её к родным – такое поразительное по силе чувства. Даже начинаешь оправдывать Карла и Фридриха как людей сильных страстей, в сравнении с "филистёрами". Хотя оба жили как буржуа и даже лучше. Энгельс спокойно сообщает Марксу о своей очередной охоте на лисиц и что езда верхом очень полезна (эти аристократические удовольствия всегда были дороги). И при любви к Женни, в том же время Карл жалуется, что ему тягостно ухаживать за больной женой, что политический деятель не должен обременять себя семьёй. А уж сколько жалоб на собственные болезни!!!

Т. 30 (Письма 1860-1864гг.)

Основная тема – пристраивание в печать 1-го тома "Капитала". Обсуждается только один раз теория ренты и вопрос о реновации машин. Энгельс без обиняков пишет Марксу о его полной беспомощности в математике. И, тем не менее, как быстро они писали, прямо пекли свои статьи и труды! Поневоле будешь читать следующие тома быстрее. Очевидна ненависть к русскому государству и эмигрантам. А рядом заигрывание и сотрудничество с фашиствующим романтиком Уккратом, для которого идеалом общественного строя является Османская империя! Главное, что Уккрат – русофоб и критикует европейских либералов.

Денежное положение Маркса за эти годы упрочивается за счёт небольших наследств от родственника и товарища Красного Вольфа. Он даже сообщает Энгельсу о своём желании попробовать играть на бирже, чтобы получить сразу много денег, но, наверное, Энгельс не одобрил этот шикарный проект и, думаю, не потому, что неудобно коммунисту становиться биржевым спекулянтом, а просто легко прогореть.

Сам Энгельс упрочивает в это время свои финансы и потому помогает Марксу деньгами много больше.

Зафиксирована, наверное, единственная серьёзная размолвка между Карлом и Фридрихом, когда умерла при странных обстоятельствах гражданская жена Энгельса – Мэри Бэрнс (у меня даже создалось впечатление, что это было самоубийство на почве ревности, потому что очень скоро Фридрих женился на её сестре Лиззи). На смерть Мэри Маркс откликнулся парой сочувственных фраз в длинном письме о своих мучениях от кредиторов и просьбе о деньгах. После этого эпизода мне стало ясно, что Фридрих был всё же лучше и добрее Карла. Да и сообразительней во многом.

Идеи и догадки принадлежали, главным образом, Энгельсу, но зато Маркс был много скрупулёзнее, основательнее в догматических науках и много злее на критику, обладал большой силой представлять свои положения в качестве абсолютной и непререкаемой истины. Это тоже своеобразный талант, но какой несимпатичный!

Жил с семьёй он, конечно, не по средствам, но только один раз сообщил Энгельсу, что собирается пойти " на службу", сообщил, как о величайшей трагедии и жертве. И как ни странно, Энгельс воспринял сообщение тоже как трагедию и вновь достал денег. Наверное, Энгельс был прав, так ценя свою дружбу с чёрствым и невыносимо самолюбивым Марксом, хотя сам, возможно, был умнее и способнее Маркса. Только через близость к деспотическому Марксу, к этой "силе" и Энгельс вошёл в "красные генералы", стал основоположником марксизма.

Т.т. 31 –33 (письма 1864 –1874гг.)

Основное содержание – основание Интернационала и создание "Капитала". Чуть больше обсуждения теоретических вопросов по "Капиталу", но ещё больше заботы о рекламе, о рецензиях в разных газетах (Энгельс пишет рецензии даже с буржуазных позиций). А в остальном - то же. Интриги с Лассалем и прочая ругань, ненависть к русским до смешного, зато безусловное одобрение ирландского терроризма.

Забавна оценка Марксом себя и своего "Капитала": "Ты понимаешь, дорогой мой, что в таком труде, как мой, неизбежны недостатки в деталях. Но композиция, внутренняя связь целого представляют собой триумф немецкой науки, который вполне может признать отдельный немец, т.к. это никоим образом не является его заслугой, а скорее заслуга всей нации. И это тем более отрадно, что в остальном это – глупейшая нация под солнцем" (с. 154).

Маркс инструктирует Энгельса, как писать на "Капитал" рецензию с точки зрения "буржуазного учёного отмечать высокие научные достоинства и их противоречия с некоторыми субъективными тенденциями автора" (с. 342). Маркс как бы сам предлагает ревизионистскую трактовку "Капитала", но субъективные свои тенденции он почитает за главное.

Интересно, как Маркс отчитывает своего будущего зятя Лафарга за беспечность, нетрудолюбие, материальную необеспеченность, самокритично ссылаясь на собственный опыт (разбил жизнь своей жены), заявляет, что у дочери такого не допустит.

А вот замечательные слова Маркса: "Я должен был поэтому использовать каждый момент, когда бывал работоспособен, чтобы закончить сочинение, которому я принёс в жертву здоровье, счастье жизни и семью. Надеюсь, что этого объяснения достаточно. Я смеюсь над так называемыми "практичными" людьми и их премудростью. Если хочешь быть скотом, можно, конечно, повернуться спиной к мукам человечества и заботиться о собственной шкуре. Но я считал бы себя поистине непрактичным, если бы подох, не закончив полностью своей книги, хотя бы в рукописи" (с.454).

Это слова высокого романтизма, но ведь тут же описано, во что оборачивались они в реальной жизни Маркса!

Маркс - Кугельману: "Брошюра, которую ты мне прислал, относится к числу защитительных речей, посредством которых привилегированные сословия немецко-русско-балтийских провинций пытаются в настоящее время возбудить симпатию немцев. Эти канальи, отличающиеся издавна ревностной службой в русской дипломатии, армии и полиции, охотно продавшие при переходе этих провинций от Польши к России свою национальность в обмен на признание за ними узаконенного права на эксплуатацию крестьян, подняли такой крик, видя, что их привилегированное положение колеблется. Старые сословные привилегии, ортодоксальное лютеранство и высасывание соков из крестьян - вот что они называют немецкой культурой, во имя которой должна подняться теперь вся немецкая Европа.

Женни Маркс с восторгом пишет об ирландском терроризме: "Здесь дела идут неплохо. Англичане бегут, боясь собственной тени... Непродолжительный страх перед физическими средствами сделал больше, чем столетия моральных осуждений". А Маркс в это время наставляет русского революционера Германа Лопатина: "Профессия переводчика отвратительна, профессия коммерсанта дала бы Вам куда более благоприятные возможности использовать свободное время для занятий и пропаганды". Ну, как это у них соединялось?!

Конечно, моё отношение к Марксу- Энгельсу было предвзятым, не "комсомольским", и всё же от восхищения их силой даже я не мог уберечься. И от желания снова и снова опереться на их мысли и мнения. Желание изучать и цитировать классиков марксизма-ленинизма, наверное, уже у меня в крови.


предыдущая оглавление следующая